Рынок земли входит в новый этап грандиозного передела между крупнейшими собственниками. Однако в погоне за площадями латифундисты не замечают отсутствия рабочей силы
Процесс концентрации земель в руках крупных компаний уже в ближайшее время может обрести качественно новые характеристики. Поскольку количество «самостоятельных» малых и средних сельхозпредприятий (имеющих в землепользовании менее 5 тыс. га) сократится до самого минимального значения, на рынке аренды земли неизбежно начнется очередной передел.
Характеризоваться он будет уже переуступкой корпоративных прав на аренду между крупными хозяйствами и агрохолдингами, общее количество которых к тому времени будет исчисляться 300–400 компаниями. При этом к 2010 году, по оценкам экспертов, около 54% украинских земель сконцентрируется в собственности этих компаний.
Впрочем, как отмечают аналитики, даже в случае открытия рынка земли, в чем сомневаются все участники рынка, выкупить большие земельные массивы у 7 миллионов собственников в ближайшем обозримом будущем не в состоянии даже крупные сельхозпроизводители. Для этого нужны огромные заемные средства или инвестиции, которые смогут привлечь лишь единичные игроки. С другой стороны, существует опасность того, что в оборот земли с целью дальнейшей спекуляции успешно могут включиться как ФПГ, не имеющие отношения к сельскому хозяйству, так и коммерческие банки с зарубежными инвестфондами. Поэтому крупные агрохолдинги, по мнению экспертов, пока накапливают силы и ресурсы. И основное движение с их стороны пока направлено на получение контроля над как можно большими сельхозплощадями, которые либо берутся в долгосрочную аренду с первоочередным правом ее выкупа у владельцев, либо приобретаются целыми агрокомплексами.
Однако владельцы крупного агробизнеса (многие из которых либо представлены во власти, либо имеют своих людей в ней) прекрасно понимают, что если в ближайший год-два рынок земли будет запущен, они могут проиграть борьбу за землю более мощным западным конкурентам — транснациональным компаниям и инвестфондам. Да и с экономической точки зрения агрохолдингам сегодня гораздо выгоднее обрабатывать арендуемые земли, выплачивая за них крестьянам сущие копейки, нежели отвалить сразу несколько десятков, а то и сотен миллионов долларов. К тому же с открытием рынка арендная плата за землю постепенно начнет повышаться, а с учетом того, что у нее будут появляться новые владельцы, рост стоимости может быть существенным. Не говоря уж об увеличении цены самой земли, гектар которой в соседней Польше, к примеру, оценивается более чем в $3,5 тысячи (в других странах ЕС этот показатель в несколько раз выше). Правда, нынешние арендаторы надеются, что стоимость 1 га в Украине будет не выше, чем в России, где средняя его цена составляет $600–700. Однако и тогда, чтобы выкупить 100 тыс. га пахоты, нужно будет выложить порядка $60–70 млн., что, как считают эксперты, под силу лишь нескольким работающим в стране агрохолдингам. А вот у зарубежных инвестфондов, включая российские, средства на приобретение таких объемов земли имеются. И хотя по законодательству иностранцы не могут покупать украинские земли, обойти закон будет несложно, скупая землю либо через подставные фирмы, либо через дочерние структуры иностранных компаний, работающих в украинском АПК.
В же время как дискуссии в основном ведутся вокруг двух главных экономических факторов — земли и капитала, в сельском хозяйстве уже давно остро ощущается нехватка трудовых ресурсов, особенно квалифицированных специалистов (агрономов, ветеринаров, зоотехников, механизаторов и т.д.). Страшилки на тему обезземеливания крестьян и роста безработицы на селе, как только начнет действовать рынок земли, были актуальны лет 10–15 назад. Сегодня ситуация кардинально изменилась — для сбора урожая овощей, фруктов и ягод агрохозяйствам юга приходится нанимать людей из северных и западных регионов страны, поскольку местные крестьяне либо не хотят работать за предлагаемое вознаграждение, либо их слишком мало. Но проблема не только в отсутствии неквалифицированной рабочей силы — бизнес может решить ее за счет эмигрантов или сезонных рабочих из соседних стран, как это происходит в Европе. Вопрос в том, где агробизнес будет брать специалистов сельского хозяйства, если сегодня примерно 80–90% выпускников аграрных вузов страны не хотят работать на селе и практически не возвращаются в родные края. И преференции со стороны ведущих агрохолдингов в виде негосударственных стипендий или оплаты за обучение направляемой из своих хозяйств молодежи — всего лишь капля в море и глобально проблему нехватки кадров не решают. Удивительнее всего то, что государство продолжает тратить огромные средства на содержание агровузов и обучение студентов, хотя этих молодых специалистов в селе не сыщешь днем с огнем. И подобная ситуация наблюдается не первый год. Так что проблему возвращения молодежи в село сами агрохозяйства и компании решить не в состоянии, для этого нужна реальная поддержка государства в плане развития сельских территорий и повышения качественного уровня жизни на селе. Актуальность же вопроса для политиков и чиновников сегодня уже не в том, кто скупит украинские гектары, а в том — кто на них будет работать завтра.
Алекс Лисситса, президент Ассоциации «Украинский клуб аграрного бизнеса»:
В Верховной Раде находится три земельных законопроекта. Они совершенно разные, противоречивые и несовершенные, и принятие любого из них не улучшит положение. Кабминовский законопроект основан на аукционах при продаже земли. В нем все хорошо прописано, однако если каждый владелец пая выйдет на аукцион со своими тремя–пятью гектарами (а таких владельцев в Украине около 7 миллионов), сложится абсурдная ситуация. Если земли государственного фонда принадлежат государству, или академии аграрных наук, или другим госучреждениям, связанным с сельским хозяйством — а речь идет о достаточно больших массивах, — их действительно надо продавать через аукционы. Других вариантов нет. А что касается семи миллионов землевладельцев, то ситуация здесь намного сложнее, и аукционы — не самое лучшее и правильное решение.
